• Город
  • Люди
  • Еда
  • Культура
  • Путешествия
  • Наука и технологии
  • Колонки
  • Показаны результаты для: Array

  • В очередной раз эту неделю мы посветили городу. При выборе персоны для рубрики "Люди" у нас не возникло ни малейших сомнений в том, что это должна была быть Гульнар Бажкенова, чье смелое мнение, бескомпромиссность принципов, хлесткий слог можно любить, можно откровенно ненавидеть, но никогда не игнорировать.

    Image title

    Гульнара, расскажите нам о себе? Мы так много читаем о том, как вы расспрашиваете разных людей о разных вещах, но никогда не читали о том, какая вы. Любите ли, например, готовить, как проводите время, что для вас путешествия..
    Ну если я скажу, что люблю готовить, это будет сильным преувеличением. Хотя у меня был один год, или два – творческого увлечения, я готовила по каким-то особым рецептам, и это было даже вкусно. Вообще если я готовлю, то это получается вкусно, по крайней мере так говорят, но делать это регулярно, бежать домой и вставать у плиты – выше моих сил.

    А куда вы бежите с готовностью? Что делаете в свободное время?

    Да ничего особенного, я, например, люблю ходить пешком, гулять не торопясь по городу или посидеть в парке с книжкой. Книги, фильмы, разговоры, социальные сети, спорт, йога – обычный такой досуг. 

    Мы замечаем, как в своем твиттере, вы с особым трепетом пишите о своих путешествиях.. 

    Какой казахстанец не любит путешествия?  Так и я. Мы же заперты в субконтиненте, с его суровым климатом, вдали от морей, красивых городов, у нас очень сильное чувство провинциалов, которым кажется, что они живут на краю земли. Все самое интересное происходит где-то там без нас. (смеется) Поэтому каждый житель Казахстана относится к поездкам за границу как к священнодействию и готов ездить столько, сколько угодно. Вот можно было бы не работать, и казахстанцы круглый год разъезжали бы по миру, считая, что делают что-то очень важное и полезное. Странно, что при этом мы не совершили ни одного географического открытия...

    И я в этом отношении ничем не отличаюсь от своих соплеменников – люблю ездить, люблю открывать для себя новые страны, места, людей, хотя в последнее время, бывает, и отказываюсь от каких-то пресс-туров.

    Вам нравится то, где вы сейчас, кто вы?
    Вот так от путешествий и сразу к философии. Это большой вопрос. Мне как любому думающему человеку свойственны сомнения. Иногда кажется, что все не так и не туда. Был момент, правда уже давно, разочарования в профессии, или точнее даже не в профессии, а в том, что ты делаешь и вынужден делать. Был момент, когда я просто уехала из страны на несколько лет и журналистикой не занималась. Иногда это стоит делать, чтобы понять, что ничем другим тебе заниматься-то не интересно. Более того, ты становишься по настоящему несчастен без любимой работы. Это как с роковой женщиной – безоблачное счастье с ней не получается, но не отпускает почему-то.

    А вы можете представить себе будущее, где вы все это бросаете, выходите замуж и единственной вашей заботой станет, например, мысли о пирогах?
    Вообще, это общественно вредно – думать, что замужество предполагает лишь мысли о пирогах. Я знаю много прекрасных, умных, делающих важную, полезную работу, замужних женщин. Не надо все бросать и выходить замуж! Можно просто выйти и жить дальше. Фокус в том, чтобы жить так, как хочешь ты, а не так, как того хочет твоя бабушка или сосед по лестничной площадке. Хочешь замуж – выходи, не хочешь – не выходи, хочешь работать – работай, хочешь сидеть дома и печь пироги – сиди и пеки, если зарплата мужа позволяет. Кстати, есть фильм Вуди Аллена, где жена любившая печь пироги становится миллионершей из-за своего кулинарного таланта, после чего уходит от мужа Вуди Аллена к любовнику Хью Гранту. Так что не мыслите шаблонно, жизнь гораздо шире наших представлений о ней. Знаете, давлением могут быть вопросы родственников «когда замуж?», а может и «мода» на стильную жизнь одиночки в большом городе. Я слышала, как друзья смеялись над одним молодым человеком, называя его папочкой. Если вы не свободны, то для вас все будет давлением, и вы никогда не поймете, что нужно конкретно вам. Что касается меня, то я давно живу так, как хочу, вот как хочу, так и живу – можете считать это моим главным достижением.

    А вас не страшит одиночество?
    В каком смысле? Вы про старость и стакан воды? Давняя страшилка. Да нет не боюсь, ну во-первых я не знаю, буду ли в старости одна, а если буду, то представляю себя элегантной пожилой дамой, мудрой, спокойной, свободной от страстей и иллюзий, которая живет со вкусом, общается с родственниками и друзьями, путешествует, читает, ходит в кино и театры, наверстывая упущенное в молодости. Перечитать «Войну и мир» и «Божественную комедию», пересмотреть классику кино начиная с двадцатых годов по двадцать первый век – когда такая роскошь представится как не в старости? Я, кстати, не люблю нашу казахскую традицию, узаконивающую эгоизм молодости, которая скидывает на родителей своих детей. Это… ужасно, мне жаль стариков, они должны жить для себя, они заслужили. И еще – одиночество хотя бы дозированное полезно для души, оно делает личность глубже. А у нас все делают толпами – живут, спят, ходят, сидят, занимаются спортом, работают – все толпой, коллективом. Себя в толпе не найти, зато потерять легко.
    Какой была двадцатилетняя Гульнара? Сильно ли вы изменились за эти годы, и что осталось от той девушки?

    Да, думаю, что изменилась, причем довольно сильно. Если я беспристрастно посмотрю на себя юную, двадцатилетнюю, то увижу там много внутренних страхов и переживаний, ощущения шаткости мира, отсутствия уверенности в чем бы то ни было. Это фундаментальное отличие, остальное мелочи.

    А взгляды на такие вещи, как любовь, изменились? По-вашему, что это?
    Ах, даже философы не могут ответить на этот вопрос... Признаюсь вам – я романтик. Я верю в любовь, что бы там ни говорили. Но с возрастом отношение, понимание, ощущение того, что есть любовь, конечно, меняется. В юности это больше страсть, а в более зрелом возрасте — уже не только химия, но еще, не знаю как сказать – уважение? В 20 лет можно влюбиться в негодяя, в 40 – нет.

    Image title

    А если поговорить о работе, то чем для вас за эти годы стала ваша профессия - образ жизни или все-таки работа?

    Журналистика – это работа, которая не может не стать образом жизни.
    Вы доверие своей аудитории долго завоевывали? Вам ведь верят.
    Спасибо, надеюсь, что это так. По крайней мере, даже недоброжелатели не могут обвинить меня в непоследовательности. В моей записной книжке нет такого, чтобы работа на правительственное СМИ перемежалась с работой на какое-нибудь оппозиционное издание. Я всегда пыталась работать там, где можно максимально честно делать свою работу.
    Но насчет веры, хочу добавить, что у нас люди верят тому, чему они хотят верить, люди хотят, чтобы вы писали и говорили то, что они хотят слышать. Если вы будете это делать, то они будут говорить, какой вы замечательный талантливый журналист. Это диктат толпы, который благодаря интернету приобрел гипертрофированные черты. Эта диктатура пострашнее военной, потому что на нее легко купиться. Популизм. Пытаясь всем угодить, журналист становится клоуном. Поэтому к черту лайки, комменты и количество просмотров! Есть – хорошо, нет, ну и слава богу.
    Я иногда вижу, как коллеги заигрывают с аудиторией – стараются писать аккуратно, дабы не ранить чувств, прячут
    свое мнение, взявшись писать колонку – жанр по определению субъективный. В социальных сетях ведут себя, как политики накануне выборов или сеть питания быстрой еды, которым важна лояльность аудитории. Погоня за лояльностью аудитории вообще может разрушить журналистику, нивелировать, свести к нулю. Но это большая тема, отдельный большой разговор.
    Говорят, журналистика в идеале - это четвертая власть. Какой должна быть роль ее в современном Казахстане?
    Вы все правильно сказали, ответив на свой же вопрос – журналистика должна быть четвертой властью, но таковой в Казахстане она никогда не была.
    Если не брать во внимание глянцевые и какие-то специализированные издания, то журналистика - профессия политичная. Она зависит от политики, от политического климата.
    Значит ли это, что в стране нет журналистики?
    Это из разряда лозунгов. Можно сказать, что в Казахстане нет медицины, образования, полиции, банков, парламента. правительства и много чего еще. Ритуальные услуги есть, проституция есть – а с остальным как-то не все так очевидно.

    Как вы выбираете темы, на которые пишете? Есть ли темы, на которые вы бы никогда не стали писать?
    Что меня волнует, о том и пишу. Думаю. это самый верный способ находить свои темы: волнует – пиши. Не волнует не пиши.

    Как выбираются темы для esquire.kz?
    Их выбираю я, руководствуясь важностью события, актуальностью проблемы, полезностью деяния – скажем так. Что волнует людей? – этот вопрос как для редактора, для меня важнее.
    Значит ли это, что вы даете читателю только то, что он хочет и не диктуете ему, что важно и действительно нужно знать?
    Ну совсем уж брать и воспитывать, в лоб, это партийные органы печати так делали. А у нас есть свой читатель, и с ним у нас сходятся взгляды, мы делаем для него то, что ему важно интересно, но ведь это важно и интересно и для меня. Иначе я была бы не в Эсквайер, а в Лайфньюз.
    Каково ваше мнение о "гражданской журналистике"? Что это и есть у нее будущее?
    Об этом очень много говорят, и любая дискуссия о журналистике заканчивается тем, что обсуждается проблема "блогер vs журналист". Проблема, которой нет.
    В целом, гражданская журналистика предполагает абсолютную честность, бескорыстность и смелость. Это энтузиасты, гражданские активисты, которые хотят изменить мир к лучшему, поэтому они каждый день бесплатно что-то открывают для себя и потом рассказывают об этом людям в своих блогах.
    У нас такой журналистики пока нет, у нас блогосфера по "продажности" далеко обошла журналистику.

    Сегодня, когда войны ведутся в информационном пространстве, как читателю защитить себя от "промывания мозгов"?

    Ну надо думать. Включать критическое мышление, хотя бы различать средства массовой информации и выбирать из них качественные. Если вам дают ссылку на какой-то непонятный сайт с сенсацией, то в 99 процентах это будет фейк. Если вы включаете телевизор, то в 99% вам будут промывать мозг.

    Что есть "свобода слова" и где все-таки ее граница?

    После "Charlie Hebdo" этот вопрос стал неким общим местом. Все стали рассуждать о том, что у свободы слова есть граница, что "нельзя оскорблять чувства верующих" и так далее. Но где проходит эта граница, если у каждого свои чувства? Если нельзя оскорблять чувства некой группы, то резонно требовать так же защитить чувства всех остальных, а таких миллионы. Кого-то может оскорбить теория относительности Эйнштейна, кого-то утверждение о том, что Земля крутится вокруг Солнца.

    "Charlie Hebdo" – это европейское леволиберальное издание, в котором печатаются карикатуры на все и вся, для них нет ничего святого. Вообще почему арабы или еще кто-то может думать, что имеет право диктовать Франции свои правила. Франции, у которой старая история журналистики и сатиры, еще с эпохи Ренессанса и Просвещения– Рабле, Вальтер высмеивали клерикалов и церковь – и теперь французы должны изменить свою культуру в угоду чужой культуре.

    Мы читали вашу статью об Адамбол, об инертной общественной реакции на этот случай и хотели бы знать, в чем заключалась ваша поддержка Гульжан Ергалиевой?

    Моя статья - ответ на критические высказывания в адрес журналистов и упреки в том, что журналисты не оказали поддержки.

    Что касается меня, то я журналист, моя поддержка – мои статьи, я не правозащитник. Хотя я не считаю, что моя позиция идеальна, может быть мне следовало пойти и устроить одиночный пикет у здания прокуратуры. Но я вообще не являюсь человеком подобных жестов.

    То есть, наша совесть, я имею в виду, простых людей, читателей, может быть спокойна?

    Нет, в этой стране совесть ни у кого не может быть спокойна

    Image title

    Фотографии Каната Баймуратова




    обсуждение
    Читать по этой теме